На главную  Анализ 

 

Сорок тысяч миль Игоря Спасского. – Игорь Дмитриевич, всю жизнь работая на интересы подводного флота, вы чувствуете особую связь с Петербургом как морской столицей?

 

Академик РАН, генеральный конструктор ЦКБ «Рубин», Почетный гражданин Санкт-Петербурга et cetera. Главные качества личности – мощный интеллект, управленческий гений, железная воля и отчетливая мужская харизма, не подвластная времени. Вот самое краткое досье на самого именитого конструктора Петербурга. А еще про него можно сказать, перефразируя классика: «Игорю Спасскому, подводному крейсеру и человеку». С акцентом на слове «человек».

 

– Выходит, вы стали конструктором не по призванию, а по призыву?

 

– Судьба моя начиная с 1944 года прошлого века связана была только с этим городом. Но после окончания Высшего военно-морского инженерного училища им. Дзержинского по морям ходить по существу не пришлось: меня призвали поднимать отечественное судостроение.

 

– А ходить в автономки на «своих» лодках вам приходилось?

 

– Я мечтал стать командиром корабля и очень огорчался, что попал в инженерное училище. И в конструкторское бюро меня судьба забросила вроде бы случайно: ткнул кадровик пальцем в мою фамилию – и стал я проектировать подводные лодки, которых, по существу, прежде в глаза не видывал. Но в итоге оказалось, что «слепая» судьба все верно решила: я попал именно туда, где мои способности проявились наилучшим образом.

 

– Как известно, вам порой приходилось менять род деятельности.

 

– Когда мы в конце 50-х занимались разработкой первой атомной подводной лодки с баллистическим оружием, сдача проекта шла тяжело, и я прошел на этой лодке в общей сложности 40 000 миль. И это было счастьем, потому что я тогда получил опыт, который мне помогал в работе всю жизнь.

 

– А чем вы сейчас заняты?

 

– Да, довольно долго, не без пользы и удовольствия, я одновременно с основной работой занимался и общественной – как депутат горсовета и член обкома. Причем по собственному почину стремился решать не столько вопросы, связанные с промышленностью, сколько вникать в проблемы культуры или здравоохранения. Это открыло мне новые представления о жизни города и его людей. А когда началась перестройка, пришлось и бизнесом заняться. Мы ведь тогда открыли первый в городе бизнес-центр. Так что, когда я уходил в 80 лет с поста руководителя ЦКБ «Рубин», у меня оставалось 10 неиспользованных отпусков. Но я не жалею, поскольку вообще отдыхать не очень люблю.

 

– Какие новые задачи вы решаете на этом направлении?

 

– Я остался генеральным конструктором определенного вида работ, веду свой проект, руковожу двумя научно-техническими советами – докторским и кандидатским. От предыдущей жизни осталось много «хвостиков», подчистить которые я считаю своим долгом. Как академик РАН продолжаю взаимодействовать с Москвой: вот только что оттуда вернулся. В основном это касается перспектив нашего технического направления. Сегодня одна из самых серьезных тем – проблема полной занятости для конструкторских бюро оборонного профиля. В советское время нам в голову не приходило, что мы можем оказаться без работы: один проект шел за другим. Мы создавали несколько поколений подводного флота и не знали, как справиться с огромным объемом работ. Заказов было много. Потом ситуация изменилась… Понятно, что конструкторы и сейчас без дела не останутся, но в работе такого крупного бюро, как наше, могут возникнуть простои. В связи с этим я считаю, что около 50 процентов наших мощностей – в том числе и интеллектуальных – надо отдавать народному хозяйству.

 

– Как вы пережили кризис 90-х?

 

– Мы уже эффективно работаем в интересах нефтегазовой промышленности: занимаемся проектированием платформ, решаем проблему бурения на морском шельфе подо льдом. Много занимаемся транспортом, вопросами экологии. А параллельные бизнес-проекты отдали на откуп созданного нами ЗАО «Рубин». Эта по существу дочерняя фирма ведает развитием бизнес-центра, спортивного и торгово-развлекательного комплексов, гостиницы, океанариума, бизнес-центра «Атриум» на Невском, 25.

 

– Я думаю, есть люди особой породы: они вне возраста. Я такими всегда считала и считаю наших земляков Даниила Гранина, Кирилла Лаврова, Андрея Петрова и – Игоря Спасского. Почему над вами время не властно?

 

– Это, конечно, были тяжелые годы, но именно трудности того времени подтолкнули нас к развитию новых и весьма интересных направлений. А с приходом Владимира Путина постепенно, но целенаправленно вопросам обороны стали уделять все больше внимания. И его политические заявления, сделанные в последнее время, должны дать новый толчок развитию нашей отрасли. Владимир Путин и его преемник Дмитрий Медведев большой акцент делают на том, что такая страна, как наша, должна иметь могучую оборону – сильную, современную, сверхэффективную. Хорошо, что к власти в стране приходят молодые, энергичные и высокообразованные лидеры, которые способны объединить для решения такой задачи людей разных поколений с разным социальным опытом. Однако способность воспринимать и воплощать в дела прогрессивные идеи не всегда зависит от возраста, поверьте. Прежде я считал, что это – удел молодых.

 

А расслабишься – тут тебе и конец. Чтобы мозги что-то производили, их надо постоянно нагружать.

 

– Самое простое объяснение – гены были хорошие. Но сам я думаю, что лучшее лекарство от старости – напряженная работа. Я вот всю жизнь «молотил» без роздыху.

 

– Я все знаю про механизмы. Они лучше себя чувствуют в работе.

 

– Но ведь даже механизм без отдыха изнашивается…

 

– А как же «усталость металла»?

 

А постоят – попробуй потом заведи.

 

– Вам часто приходилось так «отдыхать»?

 

– Металл – дурная железка, предмет неодушевленный. А человек так грамотно сконструирован, что организм его сам даст знать, когда наступит предел его возможностям. Мой рецепт: постоянная и энергичная деятельность с микроотдыхами. Смена деятельности – тоже отдых.

 

– А сейчас у вас много друзей?

 

– В советское время это была депутатская работа, когда я курировал культуру. Друзьями моими были Владислав Стржельчик, Кирилл Лавров, Михаил Аникушин. Мы часто встречались, спорили – характеры-то у всех были разные, – решали массу всяких вопросов… Хорошее было время.

 

– Помните старый спор про физиков и лириков? Время показало, что физики, то есть технари, и оказались самыми настоящими лириками. Вы про себя это можете сказать?

 

– К сожалению, почти все мои близкие друзья ушли из жизни. Остался только однокашник, с которым мы учились в Дзержинке. Это – друг в полном смысле слова. А товарищей – много.

 

– А в вас художественной жилки не прорезалось?

 

– Скажу не про себя, а про Сергея Никитича Ковалева – генерального конструктора стратегических лодок. Мы ему как-то подарили краски для внуков, а он попробовал сам рисовать. И вот теперь стал почетным художником России.

 

– Наверное, ваша любимая песня – про усталую подлодку?

 

– Рисую я посредственно, стихи пытался писать – получались только неприличные, а вот петь люблю.

 

– А на сколько баллов вы бы свою жизнь оценили?

 

– Люблю песни с хорошей мелодией. Такие, например, какие поют на телеконкурсе «Две звезды» мои любимые пары: Диана Арбенина – Евгений Дятлов и Тамара Гвердцители – Дмитрий Дюжев. Они песни выбирают душевные, мелодичные и со смыслом. Поэтому всегда получают высшую оценку – 40 баллов.

 



 

Знать мнение общественности. Доплаты бюджетникам и пенсионерам. «Космический корабль» строят в Петербурге. Ярмарка в Ленэкспо. 7780 «объектов культурного наследия». Збигнев Бжезинский: «Мне всегда нравились русские…». Отражение стиля.

 

На главную  Анализ 

0.0093
Яндекс.Метрика